За многие годы украинской независимости в евангельских церквях наконец-то поняли, что "правильный несут мёд" не только строители, маляры и штукатуры, возводящие храмы, но и работники умственного труда.

Четыре мифа о журналистах-христианах

Уважительно обходя ситуацию с учителями и юристами, про журналистов и церковь можно сказать одно – качество их взаимодействия очень страдает из-за ряда недоразумений. Недовольны все.

Журналисты-христиане говорят, что их используют. Пасторы отмечают, что работники СМИ не делают того, что обязаны.

Знакомьтесь: четыре наиболее распространённых недоразумения в отношениях церкви и журналистов-христиан.

  1. Журналист-христианин должен пиарить церковь и её руководство.

Ошибка подобного подхода заключается в том, что, ввиду базисного непонимания принципиальных различий между PR и журналистикой, акуле пера приписывают обязанности, которые обычно выполняет другой человек.

PR – это системное, но одностороннее информирование о каком-либо объекте.

Журналистика – это то же информирование, но с привлечением мнений всех заинтересованных сторон. Так вот, журналист может помочь с освещением отдельных благотворительных проектов или другой полезной активности, но ради сохранения собственной репутации он откажется от работы с имиджем той или иной организации.

Нечто подобное произошло четыре года назад.

Евро-Азиатская Аккредитационная Ассоциация (ЕААА) и Религиозно-информационная служба Украины договорились об освещении Общего собрания ЕААА. В рамках этих договорённостей меня попросили взять интервью у Сергея Санникова, историка и главы этой организации. В итоге Санников – как и объект любого толкового интервью – отвечал на вопросы вроде «Почему ваша организация финансово непрозрачна?» (редакция уже давно вопросы поменяла).

После публикации текста посыпался шквал обвинений в неуважении к собеседнику и т.п. Однако корень этой проблемы в том, что «заказчики» всего лишь хотели light-интервью с элементами «как вам удалось достичь такого удивительного успеха?». А неожиданно получили интервью в стиле старого делового журнала «Власть денег».

  1. Журналист-христианин будет писать о церкви хорошо.

Нет. Он будет отображать суть, а не желаемый образ процессов, происходящих в конгрегации.

Имея в рядах своих прихожан работников СМИ, церковные руководители могут быть на 100% уверены, что имеют дело с одной из наиболее критичных и требовательных прослоек общества. Журналисты никому не верят, многое перепроверяют. В церкви к этому не привыкли. Временами – поднимают вопрос о «хуле на помазанников Божиих».

В ответ бравурные заявления церквей или связанных с ними НКО вроде «начало беспрецендентным изменениям в социальной жизни положено!» будут нещадно анализироваться и критиковаться.

Верно и обратное: в случае если церковная активность может заинтересовать широкие читательские слои, то журналист обязательно об этом напишет. Просто всем нужно помнить, что налаживать нужно исключительно партнёрские отношения, ведь никто никому ничего не должен.

  1. Журналист-христианин работает бесплатно.

«Внемлите примеру премьера Южной Кореи (вроде бы – А.Г.), который безвозмездно служил в церкви уборщиком туалетов», - увещевают сторонники этой позиции. «Бородатой» настолько, что даже и говорить не хочется.

И всё же: символом жизни профессионального журналиста является слово «цейтнот». Наряду с необходимостью поддерживать семью и свой мозг в адекватном состоянии любые намёки на бесплатную работу вызывают логичный вопрос: «Неужели все в церкви работают бесплатно?».

Разумеется, нет. Здесь вопрос в приоритетах.

Ведение церковного сайта или газеты (у кого есть лишние деньги) до сих пор считается делом третьестепенной важности, хотя для организации, которая «продаёт» нематериальные ценности и оттого очень зависит от своей репутации, это принципиально важно.

Коммерческие компании давно поняли, что репутация конвертируется в лояльность, а лояльность – в увеличение оборота и прибыли. Сколько лет уйдёт на осознание этого факта церковными структурами – неизвестно.

Печальным примером неправильного построения репутации заслуженно может похвастаться киевский «Духовный центр «Возрождение». Впрочем, после стычек со СМИ Владимир Мунтян нанял PR-компанию Kiev Leading Company, которая принялась усердно работать с онлайн- и телеаудиториями.

Но вернёмся к вопросу денег для акул пера. Перекос финансирования в сторону зданий и офисов в ущерб поддержке «мозгов» впоследствии приводит к печальному результату.

Постепенно получающие образование, адекватные журналисты находят себе работу, которая требует огромной отдачи и одновременно невозможности заниматься другими проектами. Семья, работа, церковь. Как вы заметили, служение в церкви оправданно становится на третьем месте.

И когда церковь, уже обременённая материальными активами (которые, подобно колесу Уробоса, требуют денег на поддержание и охрану), осознаёт необходимость в оплачиваемых спецах-писателях-пиарщиках, уже поздно. Все серьёзные люди уже заняты, на «рынке» — только студенты.

Между прочим, именно потому протестантские церковные коммуникации настолько убоги по контенту и стилю. Ведь достаточно часто в церкви работают люди, которые просто лояльны руководству и в профессионализме не уличены.

  1. Журналистам-христианам лишь бы покритиковать.

Это не сугубо журналистская проблема. Это поведенческая девиация, просто присущая отдельным людям. Их в народе называют по-простому – критиканы.

С журналистами несколько сложнее. Во-первых, критические тексты (или ТВ-сюжеты) работников СМИ, как правило, вызваны стремлением к балансу мнений. То есть при освещении проблемы обращается внимание на точки зрения всех заинтересованных людей.

К примеру, нормальный текст о палестино-израильском конфликте должен включать в себя информацию не только о многочисленных нападениях арабов на простых прохожих (что само по себе достойно осуждения), но и упоминание об огрехах самой израильской стороны – то есть, к примеру, упоминание о причинах нынешней волны насилия (оккупации Израилем восточного Иерусалима в 1967 году и сентябрьские планы ограничить доступ арабов к мечети аль-Акса) или мнение премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху, что именно палестинский мулла посоветовал Гитлеру сжечь евреев. Именно это называется балансом.

Во-вторых, именно творческие/писательские навыки журналистов лучше всего подходят для актуализации необходимости определённых церковных изменений. И критические материалы – это всего лишь гудок.

Во всяком случае, когда я написал текст «Шесть причин, почему я не люблю свою церковь» (отклик на свой же пост «Шесть причин, почему я люблю свою церковь»), тем самым я планировал возбудить изменения. Ведь любые инициативы что-либо менять проистекают от людей, которые не могут смириться с существующим status quo. Впрочем, у меня мало что вышло.

Воспринимайте критические тексты как посыл к трансформации – и тогда многое будет понято совершенно с другой стороны. И еще: желательно прислушивайтесь.

Фото Facebook

Теги: