1. Прежде всего, я убежден, что «три принципа социологии» дают в сумме весьма шаткую «доктрину о трех ногах», уязвимую для критики. Все явления в этом мире следует рассматривать диалектически. А потому, ради той самой Справедливости, следовало бы отметить еще и такие грани социологии, как «Власть», «Долг», «Послушание». Тогда бы мы имели объемное изложение принципов социологии, а так получилось нечто куцое.
2. Автор статьи игнорирует (не подчеркивает) тот факт, что любовь и справедливость не отрицают чинопочитания, смирения, благоговения младшего перед старшим (не только по возрасту, но, прежде всего – по сану и по положению), ученика – перед учителем, мирянин перед священником и жены перед мужем. С "равенством" же все намного сложнее. Это современная либеральная система утверждает, что все люди равны во всем. На самом деле это не так. И именно Бог установил иерархию. Иерархичность и неравенство лежит в принципах бытия мира и человеческого общества. И именно это прекрасно, убедительно и доказательно показано в моей статье «О женском в христианстве». Либеральные же критики (которых я, уж пусть они на меня не обижаются, не считаю христианами, и их "христианство" могу обозначать только как конфуз – в "кавычках") не понимают этого. Они упорно не хотят признавать этих мест Священного Писания, которые говорят об объективном неравенстве, о принципе послушания и т.д. Да, в праве на жизнь – все равны. В Крещении (общее христианское достоинство) тоже все равны. Но внутри Церкви есть своя иерархия, как и в жизни – своя. И тут мы живем в мире неравенства, и это – богоустановленный порядок, а не "последствия грехопадения", как пытаются убедить нас либералы. Павел указал два основания послушания жены – мужу: 1.Порядок творения (жена сотворена как "подмастерье" мужу). 2. Грехопадение "через Еву". Но даже если бы не было второго, первое то все равно оставалось бы! А значит, Адам все равно оставался бы главой, а Ева – подмастерьем.
3. Коваль исходит из современных светских социо-культурных парадигм и пытается в них "втиснуть" библейские социо-культурные парадигмы. А это – греховное занятие. Не надо древние тексты приспосабливать под современные порочные реалии. Герменевтика «открытого текста» (которую защищает Коваль) превратила текст уж в очень открытый – настолько открытый, что в него модно вложить, что угодно. А между тем Иисус велел нам исследовать Писания, а не вкладывать в него желанный нам смысл.
4. Результатом преждесказанного является то, что автор опирается на современных либеральных теологов-протестантов, а не на библеистов: Упомянутые в статье Річард Хейз, Райнхольд та Річард Нібур, Мирослав Вольф – это все не библеисты, а именно социологи, которые пытаются "натянуть" библейские одежки на современные теории (да и сам автор статьи пишет, что они "стараються адаптувати конкретні біблійні ідеї до сучасної соціально-культурної парадигми", а вот именно этим заниматься и не следует – надо честно признать, что библейское вино не будет держаться в мехах современной идеологии). Тогда как я говорил о библейской социо-культурной иерархической парадигме, а значит, оппонентами моими могли быть только сильные библеисты. Но в том то и дело, что те, кто серьезно изучали библейскую традицию – не могут быть моими оппонентами, т.к. прекрасно понимают глубокую правду моих слов. А именно тот факт, что в Священно Писании нет ни малейших оснований для современных идей равенства, либерализма, равноправия во всем, эмансипизма, феминизма и антиклерикализма. Все перечисленное – достояние масонских, сатанинских, социалистических доктрин. И пытаться прогнуть под них текст Священного Писания – это "экзегетика сатаны", который, помнится, тоже "толковал" Писание – и ни кому-то там, а Самому Иисусу (Мф. 4:5-6).
5. Наконец, автор проигнорировал ветхозаветные библейские корни – ни социологию, ни учение о браке нельзя рассматривать в отрыве от Ветхозаветных Писаний (Торы и пророков). Сам Павел ссылается на них. Да что Павел? Сам Христос говорит о моисеевом законе о браке, а потому без серьезной аналитики ветхозаветного учения никакого внятного изложения новозаветного учения быть не может!
6. Теперь проанализируем данные А. Ковалем определения "справедливости", "равенства", "любви".
6.а. Справедливость. Коваль пишет: «Коли ми говоримо про уявлення щодо справедливості у текстах НЗ, то варто пам’ятати, що тодішні християни (як і юдеї) вважали, що саме їх Бог є уособленням універсальної справедливості, що справедливість інших народів і інших культур не є справедливістю. Сучасні богослови розділяють божественну універсальну справедливість і уявлення християн (юдеїв) про божественну справедливість (напр. М. Вольф). Такий підхід близький до сучасного постмодерністського, але не так думали християни від 1-го до 20-го століття; вони вважали, що саме їх трактування божественної справедливості є вірним і є прямим відкриттям від Бога. Це стосується не тільки релігійних уявлень про справедливість. Наприклад, філософ І. Кант теж вважав, що справедливість (як складова моралі) є універсальною, побудованою на чистому розсудку і не піддається ніяким культурним особливостям чи обставинам.3 Такий підхід є дуже характерним для діячів Просвітництва, які будували соціальну мораль на ідеї універсального людського розуму як критерію істини і справедливості».
Т.е. «сучастный богослов» сознательно и прямо заявляет, что не считает свидетельство Божественного Откровения (!) проявлением "универсального" учения о реальной Божественной справедливости (и определяет библейские слова о Справедливости только как «представления людей того времени»). Напротив, универсализм он приписывает постмодернистскому хаосу идей, в котором как раз отсутствует конкретика, зато много пышной риторики. Так какие еще нужны доказательства того, что Коваль занимает несовместимую с христианством позицию? Он ставит постмодернистский дискурс (человеческие заблуждения – назовем их своим именем!) выше Божественного Откровения! Между тем, только последнее может быть реальным, безупречным и адекватным исповеданием идеи справедливости, и эта идея (как она описана в Священном Писании) в сознании христиан и является единственной универсальной идеей справедливости. А в этой, христианской идее, как Коваль вынужден согласиться, присутствует и оправдание рабовладения (мягкого, без зверств, с предоставлением определенных прав рабу – на жизнь, пропитание и человеческое отношение, но без права свободы и равенства); и принцип клерикального превосходства Священства над паствой; и подчиненность жены – мужу. Да, в Божественном Откровении, говорящем о Правде Бога и Его Справедливости все эти явления оправданы и освящены. А в дискурсе постмодернистов – осуждены. Так что для нас важнее: Слово Господне или хаос современных измышлений человеческих, о которых сказал царь-пророк: «Вымыслы [человеческие] ненавижу, а закон Твой люблю» (Пс.118:113)? Боюсь, современные либеральные теологи, если они будут честными, должны сказать иначе: «Вымыслы людские люблю, как многообразные, а Твой Закон (как нудный и монотонный) – ненавижу». Современный мир увлечен иллюзиями «ума», показателем которого считается «подчеркнутая индивидуальность», в том числе и в области мысли. Что угодно простят, но лишь бы ты был «не как все». Пластик грызи, стекло ешь, на ушах ходи, внешность свою уродуй – но только будь «один такой на белом свете». Этот феномен прекрасно описал вечно актуальный гениальный Честертон в рассказе «Обращение анархиста» (он есть в Интернете – это очень назидательное чтение)!
Вызывает недоумения и возмущение то, как автор обходится с Евангельским текстом: К 18:15-18 у него "виникає історична підозра". Но там речь идет не о справедливости социальной, и не о решении как таковых личных проблем, а во власти священства (апостольского пастырства) в общине "вязать и решить" грехи паствы - грехи, подчеркнем это, а не социальные споры! Автор, считающий себе специалистом в евангельской экзегетике, самоуверенно заявляет: "Текст очевидно анахронічний, адже в час Ісуса ще не було такого поняття як християнська “Церква” і тому Ісус не міг роздавати такі поради". Откуда у автора такая самоуверенность? После "исповедания Петра" Христос активно готовит учеников быть пастырями в будущей (!) Церкви, а потому нет ничего невероятного, что Он использовал это понятие (скорее всего использовался иудейский эквивалент религиозной общины – hаббурот или коhелем).
Далее, автор все время ставит акцент на том, что учение о справедливости Иисус и Павел развивали только в контексте справедливых отношений внутри христианской общины (Церкви) (почему то упущено, что апостол еще велел справедливо относиться членам этой общины к "внешним" и быть в мире со всеми людьми и иметь у всех добрую совесть и доброе свидетельство). Но этот акцент, поставленный автором статьи, еще раз подчеркивает важность того, о чем я писал: Иисус и Павел развивают "альтернативную этику" – совсем не похожую на этику "мира сего". Они учат прощению обид; уступчивость даже когда "я прав"; отказу "даже от сорочки" когда у тебя с насилием пытаются нечто взять, и т.д. Но почему же во внутренней этике Церкви не было запрещено рабовладение (для христиан!) и не было установлено "равноправие полов"? Многие либеральные мыслители говорят, что "апостолы до этого либо не дошли – будучи детьми своей эпохи, либо просто не хотели входить в конфликт с современными нравами". Но это же абсолютная чушь! Все элементы христианской этики постоянно "входят в конфликт с современными нравами и представлениями": и у язычников, и у иудеев было разрешено многоженство мужчинам – почему Павел его запретил? Почему тут он пошел на радикальный конфликт с обществом? Светское общество признавало многоженство, а Павел для христиан – запретил. А что было более "неприемлемым" для мирской этики, как этика всепрощения и уступчивости? И однако эти этические принципы и Иисус, и Павел настоятельно проповедуют. Так почему же они не отменили рабовладение для христиан? почему не запретили быть христианам рабовладельцами? Почему не установили равноправие женщин с мужчинами? – Да потому что указанные явления они не считали нарушением Божественной Справедливости! Предполагать же, что апостолы, де, еще «не доросли тогда» до «высоких истин гуманизма», которые «ведомы» «современным людям», значит – хулить Духа Святаго и ставить под сомнение объективность Откровения. Но неужели современные либеральные "теологи" лучше понимают Бога, чем Павел и САМ ИИСУС?
6.б. Равенство: Про равенство лучше всего сказал А.Рига (экуменист советских времен, узник «карательной психиатрии»): "Мы равны только пред Богом, но не между собою"! Да, для родителей все дети – равны, но между детьми есть старшинство и субординация. Так же и в иерархии детей Божьих.
Кстати, автор неадекватно излагает древнюю иудейскую концепцию, будто бы евреи "полягали у зверхньому відношенні до всіх інших національностей окрім євреїв". На самом деле, националистического аспекта в иудаизме тех времен не было. Иудеи не считали, что «евреи по крови» выше всех наций, они говорили, что выше всех – "сыны Авраама, рожденные по вере". Но тут важно учитывать, что "сынами Авраама" становились все прозелиты, принимающие обрезание. Заметим, что даже в талмудическом иудаизме не было никакого принижения инородцев по крови, если они полноценно приняли иудаизм, т.е. обрезание. Принижались перед иудеями только "прозелиты врат", т.е. те, кто держался "законов Ноя", т.е. не был идолопоклонником и сохранял заповеди Декалога, молился в синагогах, но не принимал обрезания и не участвовал в Пасхальной Жертве – это скорее аналог ступени "оглашенных" в древней Церкви, которые допускались к слышанию слова, но не участвовали в Таинствах.
Иначе как "идеологическим притягиванием зауши" нельзя назвать комментарий Коваля на Мк. 10:2-9 и Мф.19:3-9. Автор увидел в этих текстах идею "гендерного равенства". На самом деле текст говорит только о нерасторжимости супружеского союза. Но нерасторжимость союза ничуть не означает равенства обоих участников союза в самом союзе. Внутренняя жизнь в браке построена на главенстве мужа и послушании жены. При этом как жена должна осознавать своей главой мужа, так и муж должен иметь своего главу во Христе, как Глава Христу – Отец (1Кор. 11:3). Слава Богу, хоть у Коваля хватило смелости признать: "Тим не менше, серед учнів Ісуса (апостолів) не було жодної жінки"! Однако он приписывает идею гендерного равенства Павлу, исходя из неверного понимания Гал. 3: 28. Но именно этому тексту было уделено наше внимание в нашем очерке. Дело в том, что речь Павла касалась лишь контекста принятия Крещения как "одеяния во Христа". Действительно, в праве на Крещение все равны – и даже чин Крещения одинаков для обоих полов. Но это – только начало! Ведь и в праве на рождение все равны – и рождаются в этот мир все одним путем. Но дальше начинается неравенство. Так же точно неравенство между крещенными выражается уже в том, что ни одна женщина не была носительницей сакраментального апостольского служения (что справедливо отметил Коваль выше). Если бы Иисус видел всех членов Его общины равными, Он бы непременно хотя бы ту же Магдалину наделил апостольскими и священническими полномочиями. И это было бы революционным поворотом в рамках иудаизма, но – заметим это – "женский апостолат" наоборот увеличил бы силу евангельской проповеди за пределами иудейского мира, где уже были женщины-оракулы и женщины-весталки. Но Христос на это не пошел – даже ради достижения "больших миссионерских успехов". Не все средства миссии – хороши!
6.в. Любовь: В этом разделе меня удивляет то, что магистр и спец по преподаванию Евангелия ссылается на нелепые басни Штрауса: «В кінці кожної Синоптичної Євангелії міститься наказ Ісуса учням (при вознесінні на небо) йти і навчати “всі народи” (що прямо свідчить про міжнаціональне орієнтування Ісуса). Однак Давид Штраус вважає, що цих слів не міг сказати Ісус, тому що вже незабаром (Дії Апостолів 10) учні Ісуса дуже дивуються щодо покаяння римлянина (не юдея) Корнилія. Якби вони знали про повеління Ісуса проповідувати всім народам, пише Штраус, то не були б такі здивовані і не сперечалися б з Петром щодо прийнятності вступу в християнство язичника». Автор статьи пытается "защитить" текст Писания, но так, что обвиняет учеников в "непонимании" слов Иисуса, мол, Иисус сказал, а они – не поняли: «Логіка Штрауса достатньо сильна, але напротивагу цьому можна сказати, що юдейське історично складене самоусвідомлення себе як вибраного народу і зневага до інших національностей настільки сильно закріпилась у свідомості учнів, що навіть після такого інтернаціонального проголошення Ісуса при вознесінні, вони могли все одно дивуватись з навернення "поган"». На самом деле все гораздо проще! Иисус действительно посылал проповедовать Евангелие всем народам, и ни Петр, ни другие апостолы этого не отрицали. Вопрос стоял в другом: следует ли обращающегося ко Христу сначала обрезать (т.е. сделать адептом Ветхого Завета), а уже потом – крестить, или можно крестить минуя обрезание? – Все, кроме Павла, считали, что раз Сам Иисус был иудеем и хранил закон, то и христианство должно носить иудейский характер – а потому Крещение над необрезанными не совершалось. Павел же был новатором в этом вопросе: Он считал, что смерть Христа "искупает" от обязанности принимать закон Моисея. И вот в этом вопросе апостолы разногласили, поскольку по этому вопросу Иисус никаких прямых указаний не дал. Вот почему многие не-Павловы Церкви сохраняли ярко выраженные иудео-христианские черты: Папример, "Церковь Иоанна Богослова" (в Малой Асии) сохраняла и обрезание, и иудейское время празднования Пасхи; Эфиопы и Египет тоже хранили многие иудейские обычаи. Я уж не говорю об экнартитах и эбионитах – традиционно считающихся остатками "иудео-христианской общины Иакова Иерусалимского". Т.е. в этом вопросе христианство было разнообразным. И лишь со временем (когда Петр – корифей апостолов – стал таки на поддержку Павла) перевес пошел в сторону "необязательности" обрезания для обращающихся ко Христу иноверцев. А потом "европейское христианство" (все «паулинское»), как самое мощное и самое развитое интеллектуально-культурно, просто взяло верх и силой принудило другие христианские общины принять единообразие, осудив и анафематствовав упрямых.
ВЫВОДЫ: Статья господина Коваля интересная и в ней много ценного материала (и даже я открыл для себя, что учение Иисуса о нерасторжимости брака кроме как по причине прелюбодеяния – это учение раввината школы Шаммая, что еще раз подчеркивает глубокие иудейские корни Христианства). Но его недостаток – отсутствие связки и систематики. А так же – нерешительность в выводах. Я хотел бы напомнить призыв патриарха Афинагора, который должен помнить каждый современный богослов: «Миллионы людей ожидают точных решений. И если не повторить сейчас традиционные решения древности со всею ясностью, люди могут подумать, что им рекомендуется противоположное»3. Мы должны лишь засвидетельствовать в новых условиях требования «веры, однажды преданной святым» (Иуд. 3). А эти требования неизменны, поскольку неизменна природа. Объективную же Истину о природе, о нас самих говорит нам Божественное Откровение. Оно – объективная Истина, а не «представления людей того времени». А поскольку неизменен Бог, неизменны основы нашей природы, неизменны и благословенные Богом социальные порядки. Я понимаю, что это не нравится «современным» да «либеральным». Что поделать, Христос тоже не нравится «современным» Ему людям. И по меткому выражению Честертона «Христианство всегда несовременно, потому что в принципе не от мира сего». Если мы об этом забудем, то мы может быть и будем иметь «миссионерский успех среди современников», но только мы потеряем Христианство. Мы просто рискуем превратиться в одну из религий «от мира сего».
Архимандрит Феогност (Пушков), клирик Луганской епархии УПЦ
1 https://www.religion.in.ua/main/bogoslovya/32223-spravedlivist-rivnist-ta-lyubov-yak-socialni-ideyi-u-yevangeliyax-ta-poslannyax-ap-pavla.html
2 https://www.religion.in.ua/main/32149-o-zhenskom-v-xristianstve.html
3 О.Клеман. Беседы с патриархом Афинагором. – Брюссель, 1993. – С. 191.
Фото liveinternet.ru
Теги:
Твердження дуже спірне, але симпатичне своєю скромністю 
не-не, если Аббатус даже на Лукоморье стал мемом, то...мне добавить нечего.
любое его слово на вес золота. и он бы написал 10 докторских и всем всё доказал..но увы -глушь, козы да пчёлы. а так хотелось чегото бОльшего