Болезненные процессы внутри разделенного украинского Православия с разочарованием наблюдает и внешнее христианское сообщество, в том числе протестанты. К сожалению, наблюдают не так внимательно, как стоило бы, поскольку многие болезни, унаследованные от советского времени, и многие соблазны современной украинской ситуации характерны для всех христианских конфессий. Иногда наблюдают с неоправданным злорадством, а иногда с чувством оправданной выгоды — пока православные бьются между собой, протестантов на время оставят в покое.

Судьба Православия связана с протестантизмом «идеально», а потому мало ощутимо и почти недостижимо близко — единством веры и вселенской Церкви. Конечно же, сейчас иерархам не до таких высоких и утопических тем. Но есть гораздо более приземленные и практические аспекты единства, с которых оно начинается и в которых зреет к видимому проявлению единства Христова Тела, единства в Духе и единства в Любви. Речь идет о таких реформах внутри каждой Церкви, которые вернут ее (Церковь) к евангельским идеалам и приблизят к духовным запросам общества.

Необходимость в реформах очевидна извне и обсуждается внутри. Пока доминирует практическо-прагматический подход к реформам, но с него может начаться дискуссия о большем — о Реформации. Последовательное продумывание реформ для блага одной Церкви неизбежно подводит к мысли о необходимости Реформации для блага единой Церкви.

Сегодня можно и нужно говорить о такой Реформации, которая затронет и православие, и протестантизм, и католицизм — все основные христианские конфессии. Полуреформация — это реформа православия (или любой другой конфессии) с целью исправления его социального имиджа, повышения миссионерской эффективности и улучшения его управленческой структуры. Но те реформы, которые не ведут к Реформации, окажутся недостаточными.

Возможна ли Реформация в постсоветском Православии? Маловероятна, но все же возможна и даже необходима. Постсоветское Православие не стало ни российским, ни украинским. Оно продолжило курс на изоляцию от Православия мирового и сохранило связь с губительной традицией симфонизма. Локальный традиционализм, местничество, лжемессианское превозношение, близость к власти, хорошо видимые извне, — лишь зримые проявления внутренней болезни церковного тела.

Реформы без Реформации принесут лишь эффект краткосрочных и внешних улучшений — имиджевых (Церковь будут воспринимать лучше), управленческих (Церковью будут управлять лучше), количественных (в Церковь будет приходить больше людей).

Тем временем христианский мир близится к пятисотлетнему юбилею европейской Реформации. 2017 год станет историческим рубежом и вопросом для Церквей некогда реформированных, и Церквей никогда нереформированных. Как оценивать Реформацию пять столетий спустя? Продолжается ли Реформация сегодня? В чем проявляется реформационное движение? Не приближается ли Церковь к очередной Реформации?

Каким должен быть протестантизм, чтобы стал возможным диалог с Православием? Каким должно быть Православие, чтобы восстановилось общение с протестантами? Можно ответить, что каждый должен оставаться собой, но это не совсем по-христиански. Апостольские мудрость и смирение проявлялись в готовности отказаться от того, что соблазняет брата (Рим. 14:21), в способности быть для всех всем, чтобы приобрести хотя бы некоторых (1 Кор. 9:22). Подобным образом надлежит мыслить и сегодня — задаваться вопросами, как реформы одной Церкви могут способствовать оживлению Церкви единой, как внутренние преобразования помогут межцерковному сближению и обновлению единства, как перемены внутри Церкви повлияют на судьбы внецерковных людей и общества в целом?

Для протестантов истина о Церкви реформированной и постоянно реформирующейся (Ecclesia Reformata et Semper Reformanda) — ясная, признанная, но утраченная и почти забытая. Для православных — странная и дерзкая, по меньшей мере, дискуссионная.

Но и для первых, и для вторых, именно идея Реформации как непрерывного обновления Церкви, может стать объединяющей. Протестанты, забывшие о Реформации, и православные, отрицающие возможность Реформации, никогда не смогут говорить в режиме диалога, никогда не почувствуют родство, никогда не объединятся в деле служения и проповеди обществу.

Реформация выступает необходимым третьим символическим фактором в диалоге Церквей. Трезвое осознание необходимости обновления, смиренная готовность к преобразованиям, внимание и благодарное принятие дара другой традиции могут стать первыми шагами на пути к исцелению разделенного Православия, а затем и к возобновлению общехристианского общения.

В разговор двух всегда вмешивается внешний вызов. В Реформации нужно видеть общий знак, знамение для всех Церквей; нужно слышать голос Главы, напоминающий о простых и забытых истинах. Лишь при таком вслушивании возможен диалог как путь к утраченному единству.


Об авторе

Михаил Черенков, ректор Донецкого христианского университета, вице-президент Ассоциации «Духовное возрождение», доктор философских наук. Организатор многочисленных философских и богословских конференций в Москве и Киеве. Автор двух монографий и четырех сборников эссе и публицистики.

Теги: