Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.
(Ин.3:16-17)
Эти евангельские слова, известные, пожалуй, каждому, воспринимаются автоматически, как нечто очевидное и понятное. Однако стоит вспомнить что это был за мир, как озлоблены и грешны были люди. Мир страстей, предательства, где даже те, кто был призван стать примером праведности и правды, стали символом лицемерия и лжи…
Как можно разглядеть в этом жестокосердии хоть что-то доброе? За что можно полюбить обитателей такого мира? А Господь разглядел и полюбил мир, и принес себя в жертву, чтобы всякий верующий в Него, не погиб. И не сказано о какой-то группе людей, но мир весь, целиком.
В Огласительном Слове св. Иоанна Златоуста, читаемом в Пасхальную ночь в каждом храме, эта мысль многократно озвучивается: «Все войдите в радость Господа нашего!». Этот радостный и вдохновляющий призыв остаётся, к сожалению, часто непонятым: «почему все? Зачем?». В сердца часто проникает соблазн приватизировать благодать, и как всякий соблазн он действует не открыто, но под различными масками. Например, инстинкт собственничества может быть объявлен «ревностью о Боге», горделивое и эгоистичное возвышение – «стоянием в истине», агрессивный обскурантизм - «защитой подлинной веры».
И если соблазну удалось проникнуть в душу, тогда ошибочными воспринимаются слова о том, что Дух дышит, где хочет (Ин.3:8), а Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь праведным и неправедным (Мф.5:45), потому что неподконтрольность и отсутствие монополии запросто вызывает классическое недоумение: а как же я? Ведь я же лучше! Ведь именно я трудился в винограднике с самого утра: Пришедшие же первыми думали, что они получат больше (Мф.20:10). Отсюда и страстное желание разноцветных мундиров, громких должностей и наград – каких угодно знаков отличий, которые дадут возможность почувствовать: «а я всё-таки лучше и праведнее», а стало быть имею больше прав на благодать, или вовсе права эксклюзивные… При этом, желание наград для себя довольно часто сочетается с желанием наказаний для других.
Но вот снова гремит радостью Огласительное Слово: «щедрый Владыка принимает и последнего, как первого; успокаивает пришедшего в одиннадцатый час так же, как и работавшего с первого часа; и последнего милует, и о первом печется; и тому дает, и этому дарует» (Мф. 20, 1-10). Как никогда особенно в пасхальные дни чувствуется вселенскость радости Воскресения Христова, и любви Божией, не поддающиеся никаким приватизациям.
Как было бы здорово, если бы мы помнили о том, что любовь Божия к людям — гораздо больше, чем всё зло, ложь и подлость, существующие в мире. О том, что любовь Божия — вселенская, и никто не имеет права распоряжаться ею. Более того, Господь любит и всех тех многих «других», которых нам хочется осудить и наказать. Но если мы сумеем только об этом помнить, сумеем не заградить своей ненавистью любовь, то мир вокруг нас уже станет гораздо добрее и гораздо более христианским, просто потому что «пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1 Иоан.4:16).
Христос Воскрес!
Теги:
я, например, не берусь лечить ваши вавки, и тем более не требую от вас графика приема лекарств с поминутным докладом о состоянии здоровья.